funt

Посмотрел по каналу «Россия» фильм про ультраправый террор. Фильм вышел именно что про ультраправый террор, идеология практически не рассматривалась, кроме голых лозунгов и вырванных из контекста пары мыслей.

Что я могу сказать? Я могу сказать, что главное, как поймет фильм «обычный» зритель (овощ типа) и что он после этого захочет. Поэтому в своем посте я не буду даже пытаться анализировать факты, их подачу, последовательность и достоверность. Важнее другое.

Абра швабра кадабра. Я — Василий Петрович Смирнов-Берёзкин. Житель, например, Брянска. Мне 40 лет, я работаю на заводе замом начальника цеха, ращу детей, смотрю телевизор, хожу на выборы (это важно), люблю жену, детей, ходить за грибами и хоккей с шайбой. Не для того же, в самом деле, сделали этот фильм, чтобы Константину Крылову было, о чем писать. Его сделали для меня.

Так вот, не буду растекаться. Важны мои, Василия Петровича, выводы, какими их хотели видеть создатели фильма.

Мои основные выводы следующие (банально, но напишу):

1. В России есть нацисты.

2. Нацисты тренируют ножевой бой, имеют оружие, взрывают рынки, бегают с гранатами, мудохают дворников до смерти (иногда шахматистов), расчленяют друг друга под патриотические песни и мечтают о некоем подобии Третьего Рейха в РФ.

3. Нацистов ловят и закрывают, иногда на ПЖ.

4. Среди нацистов много подростков, они также ведутся на нацистскую агитацию и совершают чудовищные преступления, за которые могут закрыть на ПЖ, а у меня есть дети. Это важно и этот момент в подобной пропаганде анализаторы и трактологи часто игнорируют, а он там красной нитью: «Пацан у меня подрастает, ему уже 13, и что, он в такую банду попадёт вместо хоккейной секции?» — подумал избиратель, ответственный родитель и гражданин. .

5. Нацисты заодно терроризируют и ненавидят самих русских, не являющихся радикальными нацистами, но при этом не обязательно являющихся и оголтелой антифой.

6. Азеры насмотрелись на русских скинхедов и тоже стали заниматься подобными вещами, но с местным колоритом (именно такой посыл имеет полутораминутное отступление о «Черных ястребах», как бы штрих к основной теме; их даже назвали «кавказские скинхеды», чем немало доставили).

7. Идеология ультраправых предельно проста и радикальна (фактически в полноценном виде она отсутствует, выражаясь лишь в призывах убивать инородцев), методы её реализации предельно жестоки и бесчеловечны. Проще говоря «русский национализм и русская национальная гордость в принципе — это вот это вот и больше ничего».

8. Всё это происходит в «стране, победившей нацизм»™, а мой дед воевал против нацистов.

9. В этих ваших интернетах среди прочего лежат страшные материалы по изготовлению страшных нацистских бомб, как у чеченов.

10. Вывод: Проблему нужно решать сообща. Помочь в этом могут силовики, политологи и интеллигенция (в виде заслуженного специалиста по нацвопросу, который сидел перед ведущей, как раб перед госпожой, разве что почему-то не на коленях).

Всё, перевоплощаюсь обратно.

Как видите, всё довольно таки тривиально. Просто я уверен, что львиная доля постов и дискуссий на эту тему будет смещена в иную плоскость. Будет обсуждаться в первую очередь, правду показали или неправду, хорошо фашизм или плохо и «кто первый начал». А куда важнее, о чем это заставило думать человека «не в теме», коих подавляющее большинство. И не все из них тупо смотрят Петросяна, жрут хань и больше ничего не делают.

Итак, заметим: создатели сильнее всего бьют именно по пункту 4 — поэтому в фильме скобки в виде крайне неприятной сцены из жизни особистов. Одновременная демонстрация неотвратимости наказания, его жестокости, и его же оправданности, даже «вынужденности».

По факту, исходя из фильма, для зрителя получается следующее: «В стране разгул™ нацистского террора, от которого страдают все, в том числе русские. Это угрожает безопасности нас и наших детей — они могут как стать жертвами этого всего, так и участниками. Это очерняет память дедов, сеет ненависть и жестокость. Никаких объяснений действиям нацистов, кроме их архаичных предрассудков, нету. Коричневой чумой заразились даже кавказцы, хотя и их нацисты тоже, если что, убивают. Даешь центр противодействия экстремизму в каждый дом, ибо как же иначе. Калмыцкий (хотя неважно даже какой) прокурор — наше спасение, честь и совесть! Да и ум, чего уж тут, так проще».

Впрочем, надо признать, по сравнению с другими фильмами про националистов, этот сделал маленький, но шажок вперёд. Во всяком случае не вставили НС-концерт 15-летней давности с зигующим обожратым в хлам скинхедом (интересно, кстати, где сейчас этот парень и что с ним :о)). Уже неплохо. Вместо него один из особистов так вообще выглядит героем: не сломался в таких условиях. Русские любят сильных мучеников за идею (хочешь сделать идею привлекательной и яркой — посади или убей идейного).

Ну да ладно. Что подумал зритель, мы поняли. Дальше интереснее, ведь важно, ЗАЧЕМ зрителю так думать:

Итак. После фильма было обсуждение с тремя гостями в студии и ведущей. До чего договорились, я не досмотрел (кстати до чего договорились?), я заметил другое.

В этих трех гостях и их распределении ролей в программе вполне себе была логика. Ведущая — возмущенная общественность, русская женщина, мать, приятный, в общем-то, человек, роль которой — социальный запрос этим трем мужикам: «Сами все видели, мужчины, чо делать то будем, убивают же, я за детей боюсь». Дальше робкая трусоватая интеллигенция с хиленькой, но гуманистической по сути теоретической базой. Следом — политолог, он же агитатор, неглупый человек, умеющий воздействовать на умы. То есть, доносить гуманистические идеи интеллигенции под правильным углом (!) и в доступной форме. И в довершении картины — силовик, который вроде бы как предусмотрен на исключительные случаи. Действует, когда на человека не работают ни теоретические изыскания интеллигенции, ни пропаганда.

Так продемонстрировано ни что иное, как методика обоснования принятия того или иного социально значимого решения и его воплощения в жизнь. Извините за витиеватую формулировку. Социальный запрос возникает посредством какого-нибудь страшного ужаса (поэтому нужны страшные ужасы) и идёт от лица или ветеранов, или женщин. Их иррациональность объяснима, слабость понятна, необходимость считаться — частью навязана, частью очевидна, а на аргумент «Ты что не видишь, матери и ветераны просят, умоляют, чуть ли не в слезах» крайне сложно возражать по существу.

Дальше интеллигенты (на самом деле это не интеллигенция, а задроты и ботаники, пусть даже начитанные, но трусливые и часто далёкие от жизни) робко поддерживают это всё и облекают хилой, но гуманной теорией. Пропаганда доносит её в простой и по возможности яркой форме. Силовики сочувственно обещают в случае чего содействовать. Наверху «прислушиваются» и подписывают указ. Не доебёшься. В этом смысле у пропаганды ввода Ювенальной Юстиции, например, очень большой минус: социальный запрос делать «некому». Поэтому о ней стараются по возможности по ящику помалкивать (или нет?).

Так вот. В этом смысле кино, конечно, пропагандистское. Причем вовсе не обязательно, что заказное. Авторы наверняка верят и во всё то, о чем говорят, и в собственную объективность. И чемодан баксов никто за это не получил. Но на самом деле это всё неважно вообще. Заметьте, я не оправдываю коллективные убийства дворников. В конце концов, дворники едут новые, а гайки крутятся вправо (то есть закручиваются).

Просто я тут не про гуманизм. То есть, я хочу сказать другое: важно ТОЛЬКО то, как такого рода документалки используются и с каким посылом. Сам фильм может быть хоть про нацистов, хоть про нацболов, хоть про панков, хоть про антифа. Общий надвывод из них последние лет пять делается всегда примерно одинаковый: «Куда ж вы, ваньки, денетесь и забредете без нашего контроля: сопьетесь, сторчитесь, сядете, начнете террор, или вас самих убьют вот эти вот все пьяницы, торчки, уголовники и террористы».

То есть, если вдруг мы принимаем на веру, что в Кремле или хотя бы на ТВ сидит «антирусская власть» или ЗОГ, то ей же и выгодны подобные организации, убивающие пусть по 200 человек в год при завозе мигрантов по 3 миллиона. То, что они убежденные и сильные — так даже лучше. Потому что окончательно вырисовывается повод сказать: Ваше «Я русский» — это «вот к чему приводит», «деды воевали», «нужно усилить контроль, принять новый закон, уберечь наших детей». В общем, «Гитлер тоже говорил, что немцы великая нация». «Базылев (зритель не знает, кто это такой, и поэтому верит на слово всему, что скажут), у которого на счете было 200 лямов на адовый террор, тоже говорит, что плохо замещать убыль населения мигрантами». И всё. Претензии и замечания по поводу нации, убыли населения и мигрантов не принимаются, потому что их уже выдвигают Гитлер и Базылев.

И тут вот они — подарки нашему воображаемому ЗОГу: свастики, зиги, убийства, даже теракты, ПЖ. Возражать то сложно. Стрелки перевести — «а эти вон тоже не все в белом, вот мы и сопротивляемся...» — слабый в этом случае аргумент. «Деды воевали» сильнее. Все-таки взрывы и убийства. Тем более, что не императора взорвали то. Не премьер-министра (т-с-с-с-с! Речь о Столыпине!). Даже не генерал-губернатора. «Точечно отстреливают дворников из БТРа, потому что Россия для русских» — вот фантасмагорическая квинтэссенция того, как выглядят правые в этом фильме для обычного зрителя. «А мне ведь два эвенка и мордвин так хорошо обои поклеили во всей квартире, а они их того, ножичком, и давай про Гитлера кричать». Фейл.

«Крутите гайки, хуле делать», — сказал избиратель. «Русским нужна сильная рука». Ага, ага. А то придут злые либерасты из девяностых и продадут родину, а в чудом нераспроданных кусках восторжествует где национал-социалистический террор, где остервенелый наркоугар, а где-то — бандитская республика с понятиями вместо конституции и «Кольщиком» в качестве гимна. Русские они такие, им только волю дай.